page

   

Луи де Рувруа, герцог де Сен-Симон, о Грамонах

фрагменты из "Мемуаров"

   

О герцоге Антуане IV Шарле де Грамоне

   

1704 год
Герцог де Грамон - посол в Испании; его характер. -- Его постыдный брак. -- Герцог де Грамон объявляет о своем постыдном браке и, безрассудно полагая услужить этим Королю, навлекает на себя гнев Короля и мадам де Ментенон

   

Тем временем был назначен преемник аббата д'Эстре, и выбор вызвал немалое удивление в свете. Преемником стал герцог де Грамон; имя, положение, привлекательная наружность говорили в его пользу, но этим его заслуги ограничивались. Он был сыном маршала де Грамона, обладавшего редкостным умением завоевывать и сохранять расположение высокопоставленных особ и тем самым заставлять их считаться с собою, а главное, безошибочно угадывать, кому из них суждено оставаться господами всех прочих, и при этом не изменять никому и ни у кого не вызывать подозрений. Высочайшего же положения и всеобщего почитания маршал добился благодаря своей близости с кардиналами Ришелье и Мазарини, доверенностью коих он пользовался всю жизнь; расположению последнего он был обязан дружбой и доверием Королевы и Короля, ее сына; одновременно он сумел завоевать благосклонность Гастона и М.Принца, питавших к нему своего рода почтение, во все времена остававшееся неизменным. Ему было поручено от имени Людовика XIV просить руки Королевы, что он исполнил с великолепием и изысканностью, а затем участвовал вместе с М.де Лионном в посольстве по случаю избрания императора Леопольда. Постоянным источником огорчений стали для маршала любовные сумасбродства его старшего сына графа де Гиша, из-за которого семья лишилась Гвардейского полка, куда тот был записан, - полка, который отец не смог передать младшему сыну, звавшемуся Лувиньи, - тому самому герцогу де Грамону, о коем я веду здесь речь. Наделенный умом и изумительной мужественной красотой, он благодаря положению отца оказался причастен ко всем увеселениям молодого Короля и навсегда приобрел его дружеское расположение. Он женился на дочери маршала де Кастельно, в любовных отношениях с коей зашел слишком далеко; ее брат, смерть которого впоследствии сделала ее очень богатой, шутить был не склонен и принудил его вступить с ней в брак. Жених не стяжал себе доброго имени своей храбростью. Не лучше была его репутация и в том, что касалось игры и денег, так что в его губернаторствах Байонна, Беарн и проч. все крепко держались за свои кошельки. Нравы его были ничуть не лучше, а низость первосходила все прочие недостатки. Когда безумные удовольствия первой молодости и последовавшее за ними увлечение игрой (а герцог де Грамон всегда принимал участие в карточной игре Короля) уступили место делам солидного возраста, лишившим герцога ежедневного доступа к Королю, он, зная, что Король падок до похвал и лести, решил, дабы сохранить кое-что из прежнего, предложить себя в качестве историка его царствования. Историограф столь высокого ранга пришелся Королю по вкусу, так что порой он удостаивал герцога бесед с глазу на глаз, чтобы дать ему сведения о некоторых фактах и ознакомиться с его опытами. Впоследствии, якобы под большим секретом, он стал показывать их кое-каким людям в расчете на то, что их одобрение дойдет до Короля и укрепит его, герцога, положение при государе. Однако перу его было не под силу справиться со столь обширным трудом, каковой он предпринял лишь для того, чтобы угодить Королю; а посему и продвинулся он в нем не слишком далеко. Состоя в родстве с Ноаями благодаря браку его старшего сына и будучи тестем Буффлера, он более, чем когда-либо стремился играть заметную роль: домогался назначения послом и даже претендовал на посольство в Голландии. К этому, правда, он был столь же мало пригоден, как и к писанию истории, но благодаря своему упорству получил испанское посольство, ибо в сложившихся обстоятельствах мало кому хотелось расхлебывать кашу, заварившуюся в связи с падением мадам Орсини.

   

Удивлены, однако, все были до крайности: в свете знали ему цену, и к тому же он окончательно себя опозорил, женившись на старой потаскухе по имени Ла Кур. Сначала она была горничной жены первого лейб-медика д'Акена, потом мадам де Ливри. Дезорм, генеральный контролер королевского двора, брат Бешамея, в силу своей должности постоянно имевший дело с первым дворецким Короля (должность эту тогда исполнял Ливри), целыми днями играл у него; особа сия пришлась ему по вкусу, он принялся ее обхажиапть, а потом в течение долгих лет открыто содержал. Герцог де Грамон также часто играл у Ливри; он был другом Дезорма, и, пока тот содержал эту девку, те есть до конца жизни, герцог де Грамон регулярно ужинал с ними наедине или в компании; отношения их отнюдь не были тайной. После смерти Дезорма он взял ее на содержание и в конце концов, хотя она уже была старой, кривой и уродливой, женился на ней.

   

Этот эпизод из жизни частного лица, касающийся лишь членов его семьи, чье возмущение и отчаяние не знали границ, не заслуживал бы упоминания в этих «Записках», если бы не то, что за ним последовало. Тайно вступив в брак, а затем объявив о нем публично, герцог де Грамон решил, что его поступок будет угоден Королю, ибо подражание есть самая деликатная форма одобрения, а тем более окажется доблестью в глазах мадам де Ментенон, ведь он сам объявил о своем браке. Он прибег к услугам грязнобородых сульпицианцев м тупых бородатых святош из Миссий, имеющих свой приходв Версале, дабы заставить оценить сей акт благочестия и представить его в качестве примера для подражания. Нетрудно догадаться, польстило сие Королю и мадам де Ментенон или нет. Выбранное для этого время — назначение послом в Испанию, и повод — желание взять с собой милейшую герцогиню, стали последней каплей этого сумасбродства и результат имели совершенно противоположный ожидаемому: намек на якобы существующее сходство поверг мадам де Ментенон в ярость и вызвал такой гнев Короля, что герцог несколько дней не осмеливался показаться ему на глаза. Король послал сказать ему, что запрещает его жене где бы она не находилась, претендовать на отличие герцогини и осмеливаться даже приближаться ко двору, а ему приказывает не сметь и думать о том, чтобы взять ее с собой в Испанию. О посольстве было объявлено уже после заключения этого брака. И лишь после назначения послом герцогу пришла в голову безумная мысль, что напоминание о якобы имеющемся сходстве может быть приятно Королю и мадам де Ментенон, а он сможет испросить для этой твари «право табурета» и разрешение взять ее с собой в Испанию. Как ни велико было раздражение Короля и мадам де Ментенон, лишить герцога посольства, не обнаружив истинных к тому мотивов, было невозможно; правда, негодование от этого не уменьшилось. Никому, кроме герцога де Грамона, не могло прийти в голову,что столь гнусное сравнение может оказаться приятным. Он был до такой степени без ума от этой твари, что всю жизнь плясал под ее дудку. Совершенно естественно, что последняя, выйдя из прислуги, мыслила сообразно сему званию, что она желала изображать герцогиню и что все средства для этого казались ей хороши; она внушила сию замечательную мысль своему супругу, который тотчас же увлекся оной, как и всем, что исходило от этой особы, и который, несмотря ни на что, до конца дней продолжал безоглядно во всем ей верить.

   

(Сен-Симон, Мемуары 1701-1707, Книга II, стр.502-504, "Литературные памятники", М., 2016
Mémoires de Saint-Simon, Tom 4 Chapitre 14)

 

* * *

   

1720 год
Смерть герцога де Грамона

   

Герцог де Грамон умер в то же время в Париже в возрасте почти восьмидесяти лет; здесь немало сказано о его странном втором браке и о его посольстве в Испании, и добавить к этому нечего. Он был младшим братом знаменитого графа де Гиша, о котором так много говорили, а также сыном и отцом двух маршалов де Грамонов. Их имя Ор, они известны обладанием несколькими феодами и виконтством Арбус около 1380 года; Санш Гарси д'Ор вместе с девятнадцатью оруженосцами служил королю в 1405 году при Ж. де Бурбоне во время завоевания Гиени. Мено д'Ор, сын внебрачной дочери Беарна, женился в 1523 году на Клер де Грамон, которая была из того самого дома Грамонов, столь прославленного в Беарне, Гаскони, Наварре и Арагоне, и благодаря войнам, столь долго поддерживаемых ими в тех краях против дома Бомонов, бастардов из дома Франции, очень там возвысившегося. У этой Клер де Грамон до ее замужества были братья и племянники, и всем им она наследовала. Антуан д'Ор, ее сын, виконт Астер, взял имя и герб Грамонов добровольно, потому как, что бы ни говорил Морери, он сделал это без каких-либо обязательств, и он составил свой герб в таком виде, показвая, что не очень заботился о своих геральдических символах. Он поместил в первую четверть на золоте лазурного льва, который есть Грамоны, во вторую и третью - три палевые стрелы, острием вниз, Астеров, и от Оров, в четвертую - на серебре черную борзую с черной окантовкой, включающей в себя восемь золотых шаров. Наследница Астеров была бабушкой по отцовской линии того самого Мено д'Ора, который оставил свое имя, чтобы взять имя Грамон. Его брак - 1525 год, смерть - 1534 год; его жена Клер де Грамон пережила его более чем на двадцать лет. Антуан д'Ор, который, как мы только что сказали, добровольно взял имя Грамонов и сохранил его, как и его потомки, имел старшего сына, известного как Антуан де Грамон, который женился на Элен де Клермон, даме де Трав и Тулонжон. Их старший сын Филибер, известный как де Грамон, женился на единственной дочери Поля д'Андуэна, виконта де Лувиньи и сеньора де Лескена. Это прекрасная Коризанда, в которую Генрих IV в молодости был настолько влюблен, что исчез сразу после победы при Кутра и, сопровождаемый лишь одним пажом, отправился преподнести ей свой меч, в результате чего потерял все преимущества, которые мог извлечь из этого большого успеха, когда были убиты герцог де Жуайез, генерал католической армии, и многие другие выдающиеся люди, победив эту армию и повергнув ее остатки в беспорядок. Гугеноты, хотя и одержали верх, бездействовали, изумляясь исчезновению короля Наварры сразу после битвы, не зная, был ли тот убит или взят в плен, и это продолжалось в течение шести или семи дней, пока он в конце концов не вернулся после своего рокового юношеского турне. Эта любовь принесла мужу власть в Байонне и должность сенешаля Беарна. Он женился в 1567 году, и был убит в возрасте двадцати шести лет под Ла Фером в 1580 году. Его жена пережила его на долгие годы и оказала значительные услуги своему королевскому любовнику во время Религиозных войн. От этого брака произошли бабушка по отцовской линии герцога де Лозена и отец первого маршала де Грамона.

   

(Mémoires de Saint-Simon, Tom 18 Chapitre 3)

   

   

   

О графе Филибере де Грамоне

   

   

О Элизабет Гамильтон, графине де Грамон

   

   

О герцоге Антуане V де Грамоне

   

  

  

Страницы по теме:
Антуан IVБратья маршала де ГрамонаАнтуан V

  

lorem

© Nataki
НАЗАД